webAppInput

SceneIdQuery

myProfile

scene

query SceneIdQuery(
  $id: ID!
  $webAppInput: WebAppInput
) {
  myProfile(webAppInput: $webAppInput) {
    ...MyProfile_myProfile
    id
  }
  scene(id: $id) {
    ...Scene_scene
    ...SceneMedias_scene_16LRdq
    id
    order
    rating
    title
    seoTitle
    seoDescription
    isPublished
    isScheduled
    publishedAt
    content
    embeddedMedia {
      mediaId
      state
    }
    story {
      ...Story_story
      id
      isMine
      commentsAccess
    }
    prevScene {
      id
    }
    nextScene {
      id
    }
  }
}

fragment JobInfo_job on AiGenerationJob {
  id
  type
  status
  currentStage
  attemptCount
  maxAttempts
  lastErrorCode
  scheduledAt
}

fragment MediaStatusFields_media on Media {
  id
  status
  generationError
  activeGenerationJob {
    ...JobInfo_job
    currentStage
    id
  }
}

fragment MyProfile_myProfile on User {
  id
  name
  email
  isAdmin
  hasEverPaid
  isEmailConfirmed
  isEmailNotificationEnabled
  isTelegramNotificationEnabled
  isTempPassword
  avatar
  cover
  about
  contacts
  support
  telegramId
  vkId
  availableLimits
  frozenLimits
  urlSlug
  topUpPackages {
    id
    price
    currency
    toBalanceLimits
    bonusLimits
    totalCreditedLimits
    USD
  }
  availablePaymentProviders
  aiGenerationCosts {
    plan {
      size
      cost
    }
    characterSuggest
    ideaExpand
    sceneWrite {
      length
      cost
    }
    mediaGenerate
    animate {
      baseCost
      audioSurcharge
    }
  }
  activeGenerationJobs {
    id
    type
    status
    limitCost
    story {
      id
      authorTitle
    }
  }
}

fragment SceneMedias_scene_16LRdq on Scene {
  id
  story {
    id
  }
  mediaAttachments(viewMode: READ) {
    id
    media {
      ...MediaStatusFields_media
      id
      type
      origin
      previewSrc
      mediaSrc512: mediaSrc(size: 512)
      mediaSrc1024: mediaSrc(size: 1024)
      videoPosterSrc(size: 1024)
      userPrompt
      finalPrompt
      rawPrompt
      mediaAttachments {
        id
        story {
          id
        }
        scene {
          id
        }
        character {
          id
        }
      }
      embeddedInScenes {
        id
      }
    }
  }
  embeddedMedia {
    mediaId
    state
  }
  sceneCharacterStates {
    id
    character {
      id
      name
    }
  }
}

fragment Scene_scene on Scene {
  id
  order
  displayOrder
  title
  rating
  isPublished
  isScheduled
  publishedAt
  minWaitersToPublish
  waitersCount
  readCount
  content
  story {
    id
    isMine
  }
}

fragment Story_story on Story {
  id
  title
  createdAt
  publicDescription
  type
  size
  narrativeType
  rating
  hasCharacters
  status
  isPublished
  isMine
  publishedAt
  likesCount
  favoritesCount
  displayDirection
  plotGenres
  settingGenres
  moods
  tropes
  displayContentWarnings
  sceneAtmospheres
  publishedStats {
    scenesCount
    wordsCount
  }
  author {
    id
    name
    urlSlug
    avatar
  }
  characters {
    id
    name
  }
  fandoms {
    id
    urlSlug
    translation {
      canonicalName
      id
    }
  }
  myState {
    isLiked
    isFavorited
    isWaiting
    id
  }
  lastPublishedScene {
    id
  }
}


С момента, когда тяжелые двери заброшенной библиотеки захлопнулись за спиной, прошло несколько часов, наполненных сухой пылью и тихим шорохом бумаги. Путь до кабинета коменданта оказался короче, чем предполагал Леви, но в каждом шаге по гулким коридорам ощущалось тяжелое ожидание неотвратимого.

Теперь, в полумраке кабинета, где только тусклый свет керосиновой лампы выхватывал края потертой столешницы, они стояли втроем. В воздухе отчетливо пахло старым пергаментом и застоявшимся озоном.

Леви опустил руку в глубокий карман своего плаща. Пальцы нащупали шершавую обложку дневника.

Он медленно извлек предмет и положил его на деревянный стол. Тихий стук кожи о дерево прозвучал в тишине кабинета как выстрел.

Микаса, стоявшая чуть позади него, едва заметно напрягла плечи. Ее рука привычно легла на рукоять клинка, хотя в комнате не было врагов.

Ханджи, до того момента склонившаяся над картами на стене, резко обернулась. Она поправила очки, которые криво сидели на переносице, и сделала шаг ближе к столу. Ее глаза за линзами азартно блеснули, хотя складка между бровями выдавала глубокую озадаченность ситуацией.

— Это тот самый? — спросила Ханджи. Голос ее прозвучал хрипло, будто сама она долго молчала, прежде чем задать этот вопрос.

Леви не ответил сразу. Он накрыл дневник ладонью и с силой надавил, как будто хотел впитать в себя остатки тепла, которое могло храниться в этой вещи.

— Эрвин оставил это не просто так, — произнес Леви. В его голосе не было дрожи, лишь ровная, каменная решимость, которую он выстроил вокруг своих чувств как защитную стену.

Он развернул дневник. Бумага внутри пожелтела, края рассыпались под пальцами, но записи оставались четкими. Леви указал на чертеж, выполненный твердой, уверенной рукой бывшего командора.

— Смотрите. Это не просто набросок здания. Это ключ к архитектурному лабиринту под северным форпостом.

Ханджи склонилась так низко, что ее растрепанные волосы едва не коснулись свечи. Она начала водить пальцем по линиям чертежа, прослеживая тонкие переходы от фундамента к подземным казематам.

— Невероятно, — прошептала она, — он просчитал систему сброса давления для каждого из тоннелей. Леви, если это правда, то вся наша карта поставок бесполезна. Эти ходы проходят параллельно основным маршрутам.

Микаса приблизилась с другой стороны. Ее длинные темные волосы мягко скользнули по плечу, когда она подалась вперед. Она не сводила глаз с чертежа, впитывая информацию, но ее мысли явно были заняты другим.

— Насколько этот путь защищен? — спросила она, не поднимая взгляда. Ее голос был ровным, лишенным лишних эмоций, но в нем слышалась сталь. — Если мы решимся идти туда, сколько людей могут застать нас врасплох? Как долго мы будем оставаться уязвимыми в этом лабиринте?

Леви перевел взгляд на нее. Он видел, как она сжимает челюсти, как ее пальцы, плотно прижатые к краям стола, побелели от напряжения. Он знал эту ее привычку — прокручивать худшие сценарии раньше, чем они успеют воплотиться в жизнь.

— Там нет патрулей, Микаса, — сказал Леви, чеканя каждое слово. — Потому что никто не знает, что эти ходы существуют спустя столько лет после войны. Но это не значит, что там безопасно. Нам понадобится тот, кто знает местность не по схемам, а по почве.

Ханджи выпрямилась и посмотрела на Леви. Ее лицо выражало смесь профессионального восхищения и глубокого беспокойства за исход дела.

— Ты имеешь в виду проводника? — уточнила она. — Из числа тех, кто еще остался на заставе?

— Рейнджер, — отрезал Леви. — Тот, кто патрулировал Северные пустоши до того, как они стали ничейной землей. Он единственный, кто перестал служить правительству, когда начался хаос. Нам нужно встретиться с ним.

Микаса перевела взгляд с Леви на карту, потом снова на него. В ее серых глазах отражалось пламя свечи, делая их холодными и глубокими, как зимнее море.

— Ты хочешь сказать, что мы пойдем в пустоши, чтобы найти человека, который даже не хочет, чтобы его находили? — произнесла она, и в этом вопросе было больше утверждения, чем сомнения. — Это опасно, Леви.

— Это необходимо, — ответил он, и его взгляд на мгновение смягчился, когда он посмотрел на ее напряженные плечи. — Мы не можем оставить этот дневник пылиться в архиве. Если эти чертежи попадут в другие руки, то последствия будут катастрофическими для всех, кого мы пытались защитить.

Леви закрыл дневник и положил его обратно во внутренний карман плаща, чувствуя его вес у самого сердца. Он посмотрел на Микасу, ожидая ее ответа. Для него это было непросто: признать, что ему нужна помощь, но он знал, что без ее присутствия шансы на успех стремились к нулю.

Микаса выдохнула, ее тело на миг обмякло, прежде чем она снова собралась в струну.

— Если ты считаешь это единственным верным путем, я пойду с тобой, — сказала она уверенно. — Я буду сопровождать тебя.

Ханджи, слушая их, энергично кивнула, постукивая пальцами по краю стола. Она уже начала в уме перебирать инвентарь.

— Значит, решено. Если вы двое отправляетесь в пустоши, вам понадобится снаряжение, способное выдержать холод и изоляцию, — она заговорила быстро, ее движения стали порывистыми, как всегда, когда она переключалась на подготовку к исследованию. — Я подготовлю припасы: портативные фильтры, запасное топливо для горелок, медикаменты и карты, которые я еще не успела сжечь. Я сделаю это к рассвету.

Леви коротко кивнул, принимая их ответы. В кабинете воцарилась тишина, наполненная лишь тяжелым дыханием троих людей, осознающих масштаб предстоящего пути, и Леви почувствовал, как напряжение, сковывавшее его с момента находки, трансформировалось в холодную концентрацию.

С момента, когда тяжелые двери заброшенной библиотеки захлопнулись за спиной, прошло несколько часов, наполненных сухой пылью и тихим шорохом бумаги. Путь до кабинета коменданта оказался короче, чем предполагал Леви, но в каждом шаге по гулким коридорам ощущалось тяжелое ожидание неотвратимого.

Теперь, в полумраке кабинета, где только тусклый свет керосиновой лампы выхватывал края потертой столешницы, они стояли втроем. В воздухе отчетливо пахло старым пергаментом и застоявшимся озоном.

Леви опустил руку в глубокий карман своего плаща. Пальцы нащупали шершавую обложку дневника.

Он медленно извлек предмет и положил его на деревянный стол. Тихий стук кожи о дерево прозвучал в тишине кабинета как выстрел.

Микаса, стоявшая чуть позади него, едва заметно напрягла плечи. Ее рука привычно легла на рукоять клинка, хотя в комнате не было врагов.

Ханджи, до того момента склонившаяся над картами на стене, резко обернулась. Она поправила очки, которые криво сидели на переносице, и сделала шаг ближе к столу. Ее глаза за линзами азартно блеснули, хотя складка между бровями выдавала глубокую озадаченность ситуацией.

— Это тот самый? — спросила Ханджи. Голос ее прозвучал хрипло, будто сама она долго молчала, прежде чем задать этот вопрос.

Леви не ответил сразу. Он накрыл дневник ладонью и с силой надавил, как будто хотел впитать в себя остатки тепла, которое могло храниться в этой вещи.

— Эрвин оставил это не просто так, — произнес Леви. В его голосе не было дрожи, лишь ровная, каменная решимость, которую он выстроил вокруг своих чувств как защитную стену.

Он развернул дневник. Бумага внутри пожелтела, края рассыпались под пальцами, но записи оставались четкими. Леви указал на чертеж, выполненный твердой, уверенной рукой бывшего командора.

— Смотрите. Это не просто набросок здания. Это ключ к архитектурному лабиринту под северным форпостом.

Ханджи склонилась так низко, что ее растрепанные волосы едва не коснулись свечи. Она начала водить пальцем по линиям чертежа, прослеживая тонкие переходы от фундамента к подземным казематам.

— Невероятно, — прошептала она, — он просчитал систему сброса давления для каждого из тоннелей. Леви, если это правда, то вся наша карта поставок бесполезна. Эти ходы проходят параллельно основным маршрутам.

Микаса приблизилась с другой стороны. Ее длинные темные волосы мягко скользнули по плечу, когда она подалась вперед. Она не сводила глаз с чертежа, впитывая информацию, но ее мысли явно были заняты другим.

— Насколько этот путь защищен? — спросила она, не поднимая взгляда. Ее голос был ровным, лишенным лишних эмоций, но в нем слышалась сталь. — Если мы решимся идти туда, сколько людей могут застать нас врасплох? Как долго мы будем оставаться уязвимыми в этом лабиринте?

Леви перевел взгляд на нее. Он видел, как она сжимает челюсти, как ее пальцы, плотно прижатые к краям стола, побелели от напряжения. Он знал эту ее привычку — прокручивать худшие сценарии раньше, чем они успеют воплотиться в жизнь.

— Там нет патрулей, Микаса, — сказал Леви, чеканя каждое слово. — Потому что никто не знает, что эти ходы существуют спустя столько лет после войны. Но это не значит, что там безопасно. Нам понадобится тот, кто знает местность не по схемам, а по почве.

Ханджи выпрямилась и посмотрела на Леви. Ее лицо выражало смесь профессионального восхищения и глубокого беспокойства за исход дела.

— Ты имеешь в виду проводника? — уточнила она. — Из числа тех, кто еще остался на заставе?

— Рейнджер, — отрезал Леви. — Тот, кто патрулировал Северные пустоши до того, как они стали ничейной землей. Он единственный, кто перестал служить правительству, когда начался хаос. Нам нужно встретиться с ним.

Микаса перевела взгляд с Леви на карту, потом снова на него. В ее серых глазах отражалось пламя свечи, делая их холодными и глубокими, как зимнее море.

— Ты хочешь сказать, что мы пойдем в пустоши, чтобы найти человека, который даже не хочет, чтобы его находили? — произнесла она, и в этом вопросе было больше утверждения, чем сомнения. — Это опасно, Леви.

— Это необходимо, — ответил он, и его взгляд на мгновение смягчился, когда он посмотрел на ее напряженные плечи. — Мы не можем оставить этот дневник пылиться в архиве. Если эти чертежи попадут в другие руки, то последствия будут катастрофическими для всех, кого мы пытались защитить.

Леви закрыл дневник и положил его обратно во внутренний карман плаща, чувствуя его вес у самого сердца. Он посмотрел на Микасу, ожидая ее ответа. Для него это было непросто: признать, что ему нужна помощь, но он знал, что без ее присутствия шансы на успех стремились к нулю.

Микаса выдохнула, ее тело на миг обмякло, прежде чем она снова собралась в струну.

— Если ты считаешь это единственным верным путем, я пойду с тобой, — сказала она уверенно. — Я буду сопровождать тебя.

Ханджи, слушая их, энергично кивнула, постукивая пальцами по краю стола. Она уже начала в уме перебирать инвентарь.

— Значит, решено. Если вы двое отправляетесь в пустоши, вам понадобится снаряжение, способное выдержать холод и изоляцию, — она заговорила быстро, ее движения стали порывистыми, как всегда, когда она переключалась на подготовку к исследованию. — Я подготовлю припасы: портативные фильтры, запасное топливо для горелок, медикаменты и карты, которые я еще не успела сжечь. Я сделаю это к рассвету.

Леви коротко кивнул, принимая их ответы. В кабинете воцарилась тишина, наполненная лишь тяжелым дыханием троих людей, осознающих масштаб предстоящего пути, и Леви почувствовал, как напряжение, сковывавшее его с момента находки, трансформировалось в холодную концентрацию. «Дневник, переживший пламя», часть 2. Фанфик по фэндому Атака титанов.

Разговор в штабе. Дневник, переживший пламя — фанфик по фэндому Атака титанов | Fanfica

Разговор в штабе

Wings of Freedom

После войны капитан Леви находит дневник Эрвина — тот самый, который считался сгоревшим. Внутри — тайный план, требующий сотрудничества с рейнджером Марли. Вместе с Микасой они отправляются в опасный путь, не зная, что за ними следит Зик, намеренный перехватить записи. Сможет ли Леви довериться человеку из вражеского лагеря, чтобы исполнить последнюю волю командора?

Дневник, переживший пламя — Разговор в штабе

Часть 2: Разговор в штабе